Акне розацеа. «Портрет старика с внуком» Доменико Гирландайо

 «Портрет старика с внуком» одно из самых известных и значительных произведений Доменико Гирландайо . Несмотря на то, что нос и щеки старика поражены акне розацеа, и это не может не запомниться, картина воспринимается не как свидетельство человеческого уродства, а как сцена проявления нежности.  

В XIV веке в Италию приходит готика. Она попадает в страну из Франции и сразу становится популярной: декоративная, яркая, праздничная она не может не нравиться. Заказчикам, среди которых ценители-аристократы, конечно же, импонирует, что всё, несмотря на обилие деталей, выполнено с большим вкусом и мастерством. Тонкие черты лиц изящных персонажей, сложные драпировки, многообразие тварного мира, - такие картины притягивают своей занимательностью, но за обилием мелких нюансов уходит главное – основной замысел художника. Первая четверть XV века наступает, как большая волна, смывая каноны средневековья: начинается период, получивший впоследствии название «Раннее Возрождение». Для художников кватроченто («четыреста», так принято называть итальянское искусство XV века) на передний план выходит именно событие, а значит, вместо цветной феерии зрителю на суд предлагают более сдержанную, порой даже лаконичную картинку. Где средневековый художник не стремится к реалистичности, создавая мир, полный волшебства и нарушенной перспективы, художник Раннего Возрождения лепит объем, работает над светотеневой моделировкой, наделяет героев легко читающимися эмоциями, то есть погружает зрителя в достоверное трехмерное пространство, а благодарный зритель верит ему.

Но не только это подкупало публику. Теперь реальный человек был объектом исследования, главным героем картины, и этот безобидный идеализм, конечно, был очень мил. Чтобы достичь высот в изображении человеческого тела, мастера внимательно изучали натуру, и анатомические штудии были очень популярны и распространены. В этом стремлении к познанию художники Возрождения становились сродни ученым, где натурные зарисовки можно расценивать как их научные изыскания. При этом для мастеров Ренессанса очень важна была гармония, но эту гармонию они умели разглядеть не только в прекрасном. Уродливое или выходящее из ряда вон тоже могло быть гармоничным, и неслучайно слова американского искусствоведа Бернарда Беренсона: «Ни в самой Италии, ни за ее пределами среди всего многообразия картин кватроченто не существует полотна более человечного» - были сказаны о работе Доменико Гирландайо, которая по большому счету должна оттолкнуть зрителя, бросившего на нее беглый взгляд.

Доменико Гирландайо. Портрет старика с внуком

Источник изображения: https://artchive.ru


Эта работа известна как «Портрет старика с внуком», и была она создана на излете XV века. Полотно, появившееся на арт-рынке внезапно, без какого-либо внятного провенанса (истории происхождения и владения произведением искусства, которая используется для подтверждения его подлинности), было отвергнуто берлинским Музеем Боде. Сотрудников музея, правда, смутили не вопросы атрибуции, а общее состояние картины, которое было довольно плачевным. В итоге полотно было приобретено Лувром в 1880 году, а в конце XX века его тщательно отреставрировали, после чего без прежних царапин и утрат живописного слоя оно вернулось на экспозицию.

Доменико Гирландайо – один из ведущих флорентийских художников эпохи Раннего Возрождения. Он был очень талантлив, трудолюбив, качественно и в срок выполнял и станковые произведения, и крупные заказы, получая их не только от частных лиц, но и от флорентийского правительства, что считалось почетным. Кроме того, Гирландайо догадался разделить задачи художника и функции менеджера, поэтому договаривался с клиентами и обсуждал условия труда его менее одаренный в художественном смысле брат, в то время как Доменико, глава мастерской, мог спокойно работать.

Среди станковых работ «Портрет старика с внуком» одно из самых известных и значительных произведений. Несмотря на то, что нос и щеки старика поражены акне розацеа (ринофима, то есть гипертрофия и бугристость носа, симптом этой болезни), и это не может не запомниться, картина воспринимается не как свидетельство человеческого уродства, а как сцена проявления нежности. Художник запечатлел сидящего у окна седого мужчину, который держит белокурого мальчика. Мягкая, доброжелательная улыбка деда и внимательный, доверчивый взгляд ребенка передают ощущение их взаимной привязанности друг к другу и интимность сцены. В то же время детский нежный профиль с изящным носиком и приоткрытым маленьким ртом резко контрастирует с реалистичным изображением старого некрасивого лица: свет, льющийся из окна, безжалостен к седине, бородавке на лбу, морщинам вокруг глаз и, конечно, носу, обезображенному ринофимой.

Еще Фра Филиппо Липпи, родившийся в начале XV века, любил изображать на своих полотнах раскрытое окно, сквозь которое виден прописанный до мельчайших подробностей пейзаж. Эта особенность была заимствована флорентийскими художниками у их фламандских коллег и стала чрезвычайно популярной. Считается, что здесь идеализированный пейзаж имеет символическое значение: извилистая река петляет, как человеческая жизнь, и путь этот, пролегая мимо церкви, стремится к далеким вершинам. Задний план решен в холодных тонах (зелено-голубая гамма пейзажа, серая стена), что делает алый цвет одеяния старика, его шаперона, сброшенного на спину (модный в то время среди пожилых итальянцев головной убор), и шапочки ребенка, а также насыщенный вишневый цвет камзола более яркими.

Доменико Гирландайо. Голова старика

Источник изображения: https://art.biblioclub.ru


Запечатленный на картине старик действительно существовал в реальности: сохранился даже превосходный рисунок, который находится сейчас в коллекции Национального музея Швеции. В центре, в медальоне, мы видим голову старика с закрытыми глазами: очевидно, он изображен на смертном одре. Поэтому некоторые искусствоведы считают, что и станковое произведение является посмертным портретом, заказанным членами его семьи. Есть и более радикальное мнение, что ребенок всего лишь плод фантазии художника: он нужен для того, чтобы придать сцене повествовательность и пронзительность и подчеркнуть доброту и величие души умершего родственника.

Как бы то ни было, это не умаляет непревзойденного мастерства Гирландайо и его умения передать самое важное, что есть в человеке, сделав его гармоничным и прекрасным вне зависимости от внешних данных и условных понятий красоты. 


Записаться

Спрашивайте!