Кристиан Седьмой. Безумие и извращения датского короля.

Кристиана терзали  галлюцинации, он представлял себя маньяком, истреблявшим прохожих и громившим бордели после извращенных воображаемых оргий. Он придумал себе любовницу, великаншу де ла Рока, с мускулистыми руками мужчины, развратную и пьяную. Когда ему исполнилось шестнадцать, принц решил претворить мечты в жизнь. 

Что первым делом встаёт перед мысленным взором человека при слове «психиатрия»? Обшитая листами пробки палата, зарешеченные окна с остеклением из особо закалённого стекла, плечистые, угрюмые верзилы-санитары, бьющие для «успокоения» задёрганного человека о белый эмалированный титан и, затем, привязывающие его к шконке «ласточкой» под истошные вопли: «Я Наполеон, император Франции!». Гулкие, пустые, выложенные кафелем коридоры, с выкрашенными белым дверьми. Надпись «аминазиновый кабинет». Колючий бетонный периметр, через который не перескочить. Это не лечится...

Многие полагают, что научная психиатрия, как отдельный и самостоятельный раздел медицины, родилась во время Великой Революции во Франции, в тот самый момент, когда Филипп Пинель, французский врач и, по совместительству, комиссар Конвента приказал посбивать кандалы с заключённых парижского приюта для мужчин Бисетр, а потом и с женского приюта Сальпетриер. Но серьёзные подходы начались лишь в 19 столетии. К сожалению, наш герой до тех времен не дожил.

Кристиан Седьмой Датский

Источник изображения: https://m.pikabu.ru


Король Дании Кристиан Седьмой всю жизнь был жертвой безумия.
Если верить сочинениям Хантера и Макалпина, его супруга, королева Каролина-Матильда, так же, как и её безумный брат, британский король Георг Третий, болела порфирией и умерла от нее в молодом возрасте. Когда Кристиан Седьмой приехал в Англию, все были поражены сходством с представителями династии Виндзоров. Хорас Уолпол заявил, посмеиваясь, что походка короля Дании точь-в-точь как у деда, английского короля Георга Второго и добавил, посмеиваясь, что, мол, как у самца воробушка - тоже.

Мать Кристиана оставила этот мир, когда ему было два года. Хотя король нашел себе жену и даже обзавелся ещё одним наследником, счастья он себе не нашел. Король стал настоящим алкоголиком, и вел чрезвычайно беспутную жизнь. Разумеется, мачеха короля, королева Юлиана, надеялась, что корона достанется не Кристиану, а её сыну Фредерику. Пасынка она терпеть не могла и жизнь его стала чрезвычайно неприятной. Его воспитание несколько объясняет его болезнь, так как у принца было поистине неудачное детство. Его первый и главный наставник граф Дитлев Ревентлов был жестоким и деспотичным злодеем. Он без малейших сомнений беспощадно наказывал маленького принца. Иногда он бил малыша до тех пор, пока тот не падал на пол с пеной у рта. Ревентлов звал его своей «куклой». «Я сейчас покажу всем свою куклу», - говаривал он, хватая кронпринца за руку и тащил его, чуть не волоком, чтобы продемонстрировать придворным.

Угрюмый протестантский пастор Георг Нильсен помогал Ревентлову в его обязанностях, вколачивая в принца премудрости лютеранского катехизиса. Не исключено, что склонность к БДСМ, которую впоследствии так широко обнаруживал принц, зародилась именно тогда. Все своё детство Кристиан считал длительным тюремным заключением. Постоянно униженный и избитый, он никак не мог дождаться взросления, чтобы избавиться от такой жизни. Всё поменялось к 1760 году, когда был призван другой наставник. Профессор математики из Швейцарии Эли-Саломон Франсуа Ревердиль был очень тонким и мудрым человеком, собиравшимся преподать ученику начала философии и принципы доброго и благожелательного общения. Но познакомившись с принцем ближе он понял, что несмотря на быстрый и живой ум и склонность к языкам (принц свободно изъяснялся на трех), Кристиан является «…трудным, иногда тупоумным, отсталым учеником, не способным вместить знания». Ревердиль стал, по его словам, «...печальнейшим из служителей, надзирающим сумасшедшего...» и фактически умыл руки.

Принц между тем рос и у него появлялись новые любимые развлечения. Он таился под скатертью накрытых столов и вычернив лицо сажей, неожиданно набрасывался на придворных, крича и плюя им в лицо и осыпая их мукою и сахарною пудрою. Затем полюбил швырять в кого ни попадя тарелки и столовые приборы. Став несколько взрослее, он открыл для себя восхитительные свойства своего мужского достоинства, причем столь увлекся мастурбацией, что не выпускал «его» даже на светских мероприятиях. Придворные врачи собирали консилиумы по этому поводу, опасаясь, что и так щуплый и невысокий принц не вырастет и не сможет иметь потомство. Склонный попеременно то к садизму, то к мазохизму, он велел лакеям избивать себя до крови, бился головой в стену, щипал себя, тер кожу углём, порохом и снегом чуть не до крови. Затем посещал казни, наслаждаясь страданиями казнимых.

Кристиана терзали самые суровые глюки, он представлял себя маньяком, истреблявшим прохожих и громившим бордели после извращенных воображаемых оргий. Он придумал себе любовницу, великаншу де ла Рока, с мускулистыми руками мужчины, развратную и пьяную. Ему исполнилось шестнадцать, и принц решил претворить мечты в жизнь. Он заменил наставников злодеями - своим конюшим Сперлингом и камердинером Кирхофом, с которыми стал ночами шляться по Копенгагену, нападая и калеча прохожих. Троица набрасывалась и на полицейские патрули и часто приносила трофеи - отнятые полицейские дубинки и моргенштерны и протазаны с железными зубцами, отобранные у ночной стражи. Врывались в трактиры и бордели и били публику. Иногда возвращались избитые, с ранами и порезами - обитатели злачных мест давали сдачи.

Нашлась и подруга - немолодая и здоровенная портовая проститутка Анна Катрина Бентхаген по прозвищу Башмачница, прообраз юношеских мечтаний. Но тут вмешался двор, Бентхаген выслали в Германию с огромной пенсией. Вскоре начались переговоры о свадьбе наследника. Его будущая супруга, дочь больного на всю голову короля Англии Георга Третьего, Каролина Матильда, была белокурой и хорошенькой словно мейсенская фарфоровая куколка. Принц - тонкий, белобрысый, как и невеста, стройный и гибкий словно эльф, великолепный танцор и фехтовальщик, представлялся английской свите невесты чудесной парой для дочери их сумасшедшего короля, женившегося на своей двоюродной сестре. Впрочем, бабушки жениха и невесты тоже были троюродными сёстрами.

Свадьбу сыграли намного раньше, чем предполагалось - отец Кристиана Седьмого скончался от пьянства и целого букета застарелых венерических болезней. Став королем, Кристиан Седьмой пустился во все тяжкие. Никто не мешал теперь хлестать по щекам членов Кабинета министров и гоняться со шпагой за придворными с душераздирающими криками. Впрочем, иногда его отпускало, и он был не прочь обсудить последние новинки из сочинений Вольтера или поболтать о философии. И вот, как-то находясь в поездке в Альтоне, он познакомился с неким доктором Иоганном Фридрихом Струэнзэ, которого пригласил в свою столицу. Вскоре произошла эпидемия оспы и Струэнзе прекрасно справился с оспопрививанием, проведя вариоляцию не только жителей Дании, но и сына молодого короля, чем вызвал глубокую благодарность королевы, а впоследствии и глубокие чувства к себе.

Король, заделав наследника, перестал интересоваться женой, считая, что это не модно и не элегантно. Тем более крыша уже поехала капитально, и он считал себя то сыном французского посланника, то русским царевичем, то наследником сардинского короля. Впрочем, для безумцев это обычно. К примеру французский король-псих считал себя стеклянным волком. Струэнзэ пытался лечить короля. В те времена основным видом лечения были изоляция, пиявки, рвотное и клистиры. Первое отпадало. Абсолютный монарх (Дания тогда не имела Конституции) не может быть помещен в больницу, не лишившись короны. А вот все остальное - сколько угодно. Через некоторое время король не мог обходится без слабительного.

Как-то в аптеку голландца Лоуренса ван Боомпхоффена в Копенгагене вошел молодой человек в мокром, грязном рваном кафтане, со свежей царапиной на лице.
– У вас есть слабительное? Я сейчас лопну!
– Конечно есть. Расскажите сколько вам надо времени, чтобы дойти до дому и в какой этаж надо подняться.
Фармацевт отмерил дозу и немедленно напоил больного. Наутро, едва аптека открылась, четверо королевских драбантов-телохранителей подъехали к аптеке вскачь, соскочили с сёдел и звеня шпорами вошли внутрь. Премьер-лейтенант протянул аптекарю сложенную записку и высыпал перед ним несколько ригсдаллеров. В записке значилось: «Любезный гере ван Боомпхоффен, вы - гений! Точность расчетов изумительная, но я забыл о цоколе моего замка, не хватило лишь полутора футов...»

Королю ставили пиявки, погружали то в тёплую, то в ледяную ванну, из Англии выписали специальный стул на веревках, сконструированным знаменитым английским доктором Эразмом Дарвиным, дедушкой автора теории о происхождении видов. Чтобы отвлечь короля от буйства, стул быстро вращали, пациента тошнило, затем неистово рвало - подобное считалось лечением. Иногда у короля наступало недержание мочи, видимо это и называлось «отвлечь». Византийского базилевса Юстина, заливавшегося сатанинским хохотом, помнится, тоже катали на тележке по дворцу с сумасшедшей скоростью, отвлекая от разного безобразия. Короля даже лечили чем-то вроде гидромассажа, окатывая ледяной водой из корабельной помпы, раскачиваемой четырьмя дюжими моряками.

Струэнзе стал любовником королевы и теневым правителем Дании. Кристиан Седьмой легко подписал все бумаги. Бывший главный врач Альтоны оказался не самым худшим правителем, но датчане не были готовы к реформам такого масштаба и им не нравилось поведение королевы. К тому же расплодились завистники, да и мачеха с братцем не зевали. Поэтому безумному монарху снова подсунули документы на подпись и Струэнзэ лишился головы. Королеву, сознавшуюся в грехе, бросили было в темницу, но британский король сказал маленькой Дании свое веское слово и его дочку отпустили в Ганновер, где она и умерла от порфиры в самом молодом возрасте.

Король прожил долгую жизнь. Последние десятилетия его практически не показывали народу. Конечно, о кандалах и ужасном кресле Бенджамена, в котором смиряли самых буйных, и речи не было. Но из покоев Кристиана выпускали только в сад, обнесенный красивой кованой решеткой с копьями и железными артишоками. Огороженный периметр - штука дельная и весьма древняя...

Мы в мессенджерах. Спрашивайте!