Главное о нас

Франциск Второй. Гнойный отит исполнил предсказание Нострадамуса

У мужа Екатерины Медичи, короля Генриха Второго, столь несчастливо напоровшегося глазом на обломанное древко копья графа Монтгомери, было трое сыновей, ставших королями Франции – Франсуа, Шарль и Анри. Остальные не дожили. У нас их знают в основном по романам Дюма-отца и называют Франциском Вторым, Карлом Девятым и Генрихом Третьим. И поскольку самым интересным и необычным заболеванием страдал первый из этих троих (которого, кстати, знаменитый французский романист особенно подробно ни в одном своём романе не описал; даже в знаменитом романе «Две Дианы» его образ довольно схематичен и наверняка выписан знаменитыми «неграми» или, как утверждает дневник писателя Гонкура, вообще сочинён Полем Мерисом, но подписан Дюма-отцом, как это указано в энциклопедиях), мы решили рассказать именно об этом несчастном короле, умершем совсем молодым. Франциск Второй, один из трёх несчастных королей, о которых, если верить мэтру Александру Дюма, небезызвестный граф Луи де Бюсси сочинил те самые стишки:

Через ухо, плечо и глаз,

Три короля погибли у нас.

Через ухо, глаз и плечо,

Трёх королей у нас недочёт...

Как всегда бывает, когда умирает король, сразу, помимо основной версии его смерти, возникают разные конспирологические гипотезы. Вот и про смерть Франциска Второго рассказывали, что она пришла к юному королю оттого, что его чернокнижница и колдунья-мать, королева Екатерина Медичи, расчищая дорогу к трону своему любимому сыну Генриху, просто-напросто влила Франциску Второму в ухо яд. Гипотеза эта есть ложь. Королева могла бы избрать гораздо более незаметный способ, да и диагноз не позволял даже и подумать об отравлении. Ведь заражение крови во времена Ренессанса совершенно не лечилось. Тем более, что болезнью уха юноша страдал с самого детства. Он умер шестнадцатилетним, оставив трон своему брату Карлу, устроившему беспримерную Варфоломеевскую Ночь, вызвавшую такое возмущение у всей протестантской Европы, а также крайнее негодование Московского Государя, Царя и Великого Князя Иоанна Грозного. В истории жизни и царствования короля Карла Девятого тоже есть немало интересных медицинских фактов. Но вернёмся к старшему брату, Франциску, ибо о любимом сыне Екатерины Медичи, Генрихе III, можно сказать только то, что умер он не от болезни, а был зарезан фанатичным монахом, хотя и страдал многими тяжкими патологиями.

Будучи в совсем раннем детстве обручён с Марией Стюарт, королевой Шотландии, он с четырёх лет и практически до самой их свадьбы воспитывался с ней вместе. Франсуа боготворил свою невесту и испытывал к ней самые нежные чувства. К счастью для обоих, эта высокая, необыкновенно красивая, гибкая и стройная, при этом необыкновенно живая и энергичная девочка не отвергла невысокого, совсем не бравого, болезненного мальчика. Нет, они сблизились почти сразу. И полюбили друг друга совсем детьми. При всей своей болезненности маленький Франсуа обладал большими способностями к языкам, которых знал числом шесть и сочинял прекрасные баллады и элегии, которые исполнял сам, подыгрывая себе на цитре, привезенной ему из Святой Земли мальтийскими рыцарями. Про него рассказывали, что он навсегда запоминал любой стихотворный текст, прочитав его хоть один раз. И, хотя брак был заключён в соответствии с государственными интересами, король был без памяти влюблён в королеву. По крайней мере считается, что у него совершенно не было любовниц.

Франциск II и Мария Стюарт

Источник изображения: https://ru.wikipedia.org/


Юный монарх имел слабый организм и часто болел, но об этом далее. После «свадьбы детей», сыгранной с необычайной пышностью даже для первого двора Европы, юный французский король стал ещё и королём Шотландии. Свадьбу справляли совершенно феерично, соединив помостами на столбах, своего рода галереями, все здания, где проходили церемонии. Громадным толпам зевак было отлично видно всю свадебную процессию, разряженную необычайно ярко и богато. Процессию возглавляли швейцарские алебардщики в новеньких мундирах и латах, игравшие своими страшными глефами, алебардами, гвизармами и люцернскими молотами под громкую музыку оркестров. Невеста была в изумительно красивом платье белого атласа, сплошь расшитом огромными бриллиантами, изумрудами и другими камнями. Это было настоящее чудо – раньше французские королевы выходили замуж в алом. Белый цвет считался траурным, и не прошло и двух лет, как королеве вновь пришлось облачиться в белое...

На голове шотландской королевы блистала корона, буквально унизанная драгоценными камнями, игравшими на солнце миллионами лучей и солнечных зайчиков. Все благословляли юного, но как считали в народе, необыкновенно умного и счастливого короля, отхватившего такую великолепную, волшебную и несказанную невесту, да ещё и с таким прекрасным приданым, как целое королевство, населенное лихими шотландцами. Все считали, что Франция теперь непобедима. Мы, ограниченные рамками эссе, привели лишь десятую часть того, что можно рассказать об одной из самых красивых и знаменитых свадеб на свете, и настоятельно советуем нашим читателям прочесть описание свадьбы, составленное учёнейшим хронистом и храбрым воякой Пьером де Бурдейлем Брантомом, одним из популярнейших авторов французского Ренессанса.

С политикой  же было всё сложно. Регентшей хотя и была королева- мать, но политику двора определяла Мария Шотландская, имевшая на влюблённого юношу огромное влияние. Разумеется, она слушала указания своей близкой родни – Франсуа и Шарля де Гизов, составлявших вечную оппозицию Екатерине Медичи. Будучи на два года старше супруга, Мария уже ориентировалась в политике и была для королевы-матери серьёзной головной болью. Мы не будем описывать борьбу Гизов и Королевы-Матери, вникать во все тонкости «Амбуазского заговора», рассказывать о коварстве и предательстве, происках гугенотов и освещать прочие нюансы, так как об истории царствования героев серии наши сведения всегда минимальны.

Правление короля Франциска Второго закончилось неожиданно быстро. В ноябре 1560 года король заболел, застудившись на конной псовой охоте, которую весьма любил.

Ноябрь даже в прекрасной Франции остаётся ноябрём, и если лететь во весь дух за сворой и доезжачими, обогнав всю кавалькаду (ведь король – это первый рыцарь и первый охотник, и необходимо соответствовать образу), можно схватить простуду. Франциск болел часто и тяжело. В основном как раз простудными заболеваниями. Французские историки медицины, такие как Мари-Франсуа Ксавье, Л. Минье и другие, полагают, что у короля образовалась перилимфатическая фистула. Действительно, юный принц, очень любивший фехтование, которое было вообще крайне популярно в этой семье, был под риском травмы, несмотря на разнообразное защитное снаряжение. Тем более в те рыцарские времена заключалось фехтование не только во владении шпагой или мечом, но и в искусном обращении с копьем, секирой, алебардой, булавой и другим оружием. Тут причиной могли послужить и травмы, и высокое внутричерепное давление, и получение ударов в височную область – например, при падении с лошади.

А уж от тяжёлых, иногда гнойных отитов, гайморитов и тонзиллитов Франциск страдал почти каждый год. Об этом существуют не только записи в хрониках, но и обширные дневники придворных врачей, хранящихся в библиотеке Сорбонны. Стремясь вызвать отделение гноя и мокроты, врачи заставляли юношу сморкаться с неистовой силой, давали нюхать специальную соль и растертый со жгучим перцем и пряностями, мятой и шалфеем табак. А вливание в ухо горячего масла, различных бальзамов и снадобий, как считают современные медики, ничем не помогало от этого недуга, а напротив, усугубляло болезнь. В ушной раковине образовалось отверстие – фистула, откуда истекали слизь и гной. Сейчас медицина полагает, что причина такой патологии – ненормальное соотношение между жидкостями улитки и полукружных каналов, вызываемое истечением перелимфы в среднее ухо и сопровождающееся крайними расстройствами слуха, а иногда и равновесия. Такие заболевания часто поражают альпинистов, лётчиков и аквалангистов. В данном конкретном случае течение болезни было обострено неправильным лечением, горячими компрессами и зондированием фистулы нестерильными инструментами, а также попытками удалить гной, отсасывая его трубочками из павлиньих перьев. В результате была занесена инфекция, и несчастный мальчик-король умер от гнойного заражения крови и последовавшей за ним гангрены.

Интересно, что знаменитый Нострадамус предсказал как смерть отца нашего героя, так и смерть его самого, а также и брата его Карла Девятого. Как принято считать, целых три катрена Нострадамуса посвящены Марии Стюарт.

...Первый сын вдовы, несчастливый брак,

Совсем без детей, два острова в раздоре.

Нет восемнадцати лет еще несовершеннолетний...

центурия Х, катрен ХХХIХ.

Об всех этих пророчествах и пояснениях к ним, чрезвычайно занимательных, наши читатели смогут узнать из жизнеописания Нострадамуса, столь обширного, что мы не можем привести его здесь даже частично. Королеве Марии Стюарт пришлось покинуть бывшую ей родиной Францию и уехать в Шотландию, где она вступила в жестокую борьбу за власть над Британией с Елизаветой Первой, дочерью Генриха Восьмого, закончившуюся для неё, как известно, на плахе.

А король Франциск Второй был перевезён из Орлеана, где он скончался, в Париж, и упокоился в известной королевской усыпальнице Сен-Дени.

Записаться Получить мнение врача дистанционно

Спрашивайте!